Вера в сверхъестественное‚ экстрасенсов‚ целителей и магов всегда сопровождала человечество‚ особенно усиливаясь в периоды глобальных потрясений. Однако там‚ где заканчивается вера и начинаются коммерческие отношения‚ возникает сложная правовая коллизия. Сфера магических услуг сегодня превратилась в огромный рынок‚ на котором процветают не только обладатели заявленного «дара»‚ но и многочисленные мошенники. Именно поэтому использование магии в профессиональной сфере сопряжено с серьезными юридическими рисками‚ как для самих практикующих‚ так и для их клиентов.
Проблема правового вакуума: нужен ли закон о магах?
Неоднократно российские власти пытались навести порядок в этой сфере. Законодатели предлагали законопроекты‚ регламентирующие деятельность экстрасенсов‚ а эксперты разрабатывали схемы лицензирования. Однако на сегодняшний день воз и ныне там: единого закона‚ регулирующего деятельность магов‚ ясновидящих и целителей‚ в России нет.
По данным Конгресса Русских Экстрасенсов и Ясновидящих (КРЭЯ)‚ в России практикуют более 30 000 целителей‚ при этом лишь около 1 800 из них имеют лицензию Минздрава‚ позволяющую вести медицинскую практику. Отсутствие профильного закона вынуждает участников рынка опираться на общие правовые нормы:
- Закон РФ «О защите прав потребителей»;
- Закон «Об охране здоровья граждан»;
- Закон «О рекламе»;
- Кодекс об административных правонарушениях (КоАП РФ);
- Уголовный кодекс РФ (УК РФ).
Почему закон о магии до сих пор не принят?
Среди самих представителей эзотерического сообщества нет единого мнения по поводу необходимости регулирования. Участник телешоу «Битва экстрасенсов» Александр Агапит выделяет три главные причины‚ по которым закон не работает:
- Сложность верификации: практически невозможно даже самой опытной комиссии отличить настоящего обладателя дара от мошенника — это требует титанических усилий.
- Масштаб проблемы: для того чтобы проверить более 30 тысяч практикующих и выдать им разрешения‚ потребуется несколько лет и десятки специалистов.
- Международный опыт: в европейских странах аналогичные законы чаще всего не работают. Единственный относительный успех — Венгрия‚ где в обсуждении закона участвуют сами авторитетные экстрасенсы.
Финалистка «Битвы экстрасенсов» Лилия Хегай категорически против любого законодательства в магии‚ сравнивая попытки узаконить магию с попытками лицензировать народные частушки или сбор лопуха на огороде. По ее мнению‚ предсказания контролировать невозможно в принципе‚ а любая проверочная комиссия будет бессильна перед магическим воздействием конкурентов‚ которые могут «скрыть» способности проверяемого.
Главный юридический риск: уголовное преследование за мошенничество
Поскольку закона о магах нет‚ правоохранительные органы привлекают оккультистов к ответственности по классическим статьям. Самый частый и самый суровый риск, обвинение в мошенничестве (ст; 159 УК РФ).
Как отмечает адвокат Алексей Жидков‚ вероятность уголовного преследования напрямую зависит от суммы ущерба:
— Если ты отдашь 4 000 рублей и поймешь‚ что тебя провели‚ скорее всего‚ махнешь рукой. Но когда ты платишь 40 000 рублей за прием и осознаешь обман, ты пойдешь восстанавливать справедливость.
Доказать факт обмана крайне сложно: экстрасенсы обычно не выдают никаких бумаг‚ не заключают договоров‚ а охранники в салонах тщательно следят‚ чтобы клиенты не записывали сеансы на диктофон или видео. Тем не менее‚ прецеденты суровых приговоров существуют.
Резонансные дела: Григорий Грабовой
Самый яркий пример — осуждение целителя Григория Грабового в 2008 году. Таганский суд Москвы приговорил его к 11 годам лишения свободы со штрафом в 1 миллион рублей за 11 эпизодов мошенничества. Суд доказал хищение чужого имущества и причинение значительного ущерба гражданам‚ поверившим в обещания воскресить умерших.
Риск причинения вреда здоровью: от эликсиров до «заряженной» соли
Еще опаснее практики‚ предполагающие физическое воздействие на клиента, прием настоев‚ мазей или продажу «заряженных» предметов. В этом случае маги подпадают под статью о производстве и сбыте товаров‚ не отвечающих требованиям безопасности (ст. 238 УК РФ)‚ или под КоАП РФ (ст. 6.2 «Незаконное занятие народной медициной»).
Дело Петра Яковлева: опасный «эликсир жизни»
В 2008 году в Алтайском крае был осужден 53-летний целитель Петр Яковлев. Он продавал «эликсир жизни»‚ обещая вылечить все — от насморка до рака. На деле настой состоял из растительного корня и аптечного антисептического раствора. Когда одна из клиенток попала в больницу‚ экспертиза выявила в эликсире опасное вещество — диэтилфталат‚ вызывающий патологические изменения мозга‚ печени и почек. Целитель был признан виновным по ч. 3 ст. 30‚ ч. 1 ст. 238 УК РФ и оштрафован на 200 000 рублей.
Дело Анатолия Кашпировского
В 2006 году в Челябинске суд оштрафовал Анатолия Кашпировского на 1 700 рублей по ст. 6.2 КоАП за незаконное занятие народной медициной. Доказательством послужила видеозапись и экспертиза‚ подтвердившая‚ что под видом «заряженной» соли в фойе продавали самую обычную поваренную соль.
Административные штрафы: несоразмерность наказания и дохода
Максимум‚ что грозит большинству целителей при доказанности незаконного целительства — административный штраф от 15 до 20 МРОТ. Для практикующих магов с высокими гонорарами такие суммы — капля в море.
Яркий пример — калининградский экстрасенс Николай Шилкин. Не имея медицинского образования‚ он за 7 лет практики 14 раз нарушал КоАП‚ предлагая лечение рака янтарем. Каждый раз он извинялся в суде‚ оплачивал незначительный штраф и возвращался к lucrative-практике среди туристов на Балтике.
Почему судебные иски против магов редко выигрывают?
Даже если клиент решает судиться с экстрасенсом‚ шансы на победу минимальны. В 2002 году во Владимире рабочий Сергей Ефремов подал в суд на мага Владимира Миронова. Истец заплатил 17 680 рублей за исцеление от заикания‚ но после 10 сеансов махания руками чуда не произошло. Маг заявил о «подпорченных чакрах» и потребовал за их ремонт еще 300 000 рублей. Ефремов пошел в суд‚ но доказать виновность чародея не смог. Миронов гордо покинул зал суда и переехал в Москву продолжать практику.
Парапсихолог Светлана Артищева объясняет это тем‚ что в сфере магических услуг главным регулятором выступает не закон‚ а репутация. Дурная слава для ясновидящего страшнее штрафа или уголовного преследования. А любые попытки законодателей ввести сертификацию упираются в то‚ что официальная медицина не может объективно оценить то‚ что не способна объяснить. Как отмечал Алан Чумак‚ нельзя с точки зрения официальной медицины оценить заговор бабки‚ из-за которого прошла грыжа.
Юридические риски в сфере профессиональной магии остаются серьезной проблемой современного общества. Отсутствие профильного законодательства создает почву для мошенничества‚ а существующие правовые механизмы (УК и КоАП) оказываются либо слишком сложными в доказывании (мошенничество)‚ либо слишком мягкими (административные штрафы) для тех‚ кто наживается на доверчивости людей. Пока научное и правовое сообщество не найдет способ объективно оценивать эзотерические практики‚ рынок магических услуг будет оставаться зоной высокого риска‚ где единственной защитой для потребителя является критическое мышление‚ а единственным ограничителем для мага, страх потери репутации.