Опричнина и колдовство — два слова, которые в XVI веке звучали в Москве почти одинаково страшно.
Иван IV не просто боялся колдунов и ведуний: он считал их врагами государства и лично заносил имена в основанный им «Синодик опальных».
Согласно наиболее полной редакции, в этом списке значится около 3300 человек, две трети которых — нижние слои: писари, холопы, бабки-ведуньи,
знахарки и простые крестьянки, чьи имена были сведены к общей цифре.
Кто такие ведуньи в русской традиции?
Слово «ведунья» происходит от древнеславянского «ведать» — знать. В отличие от «ведьмы» со всей мифологической окраской,
ведунья была, прежде всего, носительницей тайных знаний: она лечила травами, заговаривала бури, предсказывала будущее и помогала в быту.
Веками этот дар передавался из поколения в поколение, сохраняясь даже в самых отдалённых уголках Руси.
В горах Моравских Копаниц (граница Чехии и Словакии) последняя ведунья умерла лишь в 2001 году,
а в русской деревне XVI века они встречались буквально в каждом селе.
Методика отбора
Для составления рейтинга мы использовали:
- Архивные записи Синодика опальных;
- Легенды и предания, зафиксированные летописцами;
- Уровень влияния в обществе и степень «опасности» по меркам опричников;
- Соответствие образу ведуньи — наличие даров целительства, предвидения, заговоров.
ТОП-10 самых знаменитых ведуний эпохи Ивана Грозного
-
Агафья «Вешняя»
Крестьянка из села Коломенского. Предсказала засуху 1568 года и, по слухам, вызвала дождь, «заклёвывая» облако иглой из осинового дерева.
Казнена на Торговой площади в Москве в 1570 году. -
Марина «Травница»
Знахарка, лечившая опричников после походов. По официальной версии, «отравила» воеводу Михаила Воротынского;
по народной — просто отказалась делиться рецептом болеутоляющего зелья. Повешена 1 августа 1571 г. -
Ольга «Грозовая»
Жительница Твери. Славилась умением «отгонять» грозы от посевов.
После того как гром сожжёт опричный амбар, её обвинили в сотворении «огненного дождя» и сожгли на костре. -
Феодосия «Костромская»
Дочь старосты, владевшая редкой техникой костоправства и гадания на воске.
Упоминаеться в допросных протоколах 1572 года как «ведьма вельможная». -
Настасья «Лесная»
Обитательница Белозерских лесов. Легенда гласит, что она могла «заговаривать» волков, заставляя их охранять деревню.
Арестована опричниками в лесной избушке; казнена вместе с волком-«пособником». -
Анисья «Печальная»
Былая монахиня, изгнанная за чудотворение. Исцеляла страдающих молитвой и травами.
В Синодике значится как «безымянная ведьма из Кириллова монастыря». -
Пелагея «Звонница»
Приходская колокольница из Ростова. Гадала, «слушая» звон колоколов, и якобы предсказала смерть царевича Ивана.
Брошена в ледяной прорубь зимой 1573 года. -
Евдокия «Снеговая»
Женщина-староста деревни Снегирева. Зимой 1569 года, когда войска не могли выступить из-за метели,
её обвинили в «снежном колдовстве». Казнена на глазах всей дружины. -
Устинья «Свечная»
Подсвечница в царской палате. Ночами, по слухам, выливала воск из свечей и гадала по расплавленным «следам».
Поймана с воском при себе и «сожжена своим же воском». -
Ярослава «Пустая»
Безымянная ведунья из пустошей под Новгородом. Имя до нас дошло в народных песнях.
В Синодике обозначена как «пустая жена, ведающая тьмой». Последняя казнь зафиксирована в 1574 году.
Почему Грозный боялся именно ведуний?
Для Ивана IV любое скрытое знание было угрозой: оно могло объединять людей вне власти царя и церкви.
Ведуньи пользовались уважением крестьян и даже бояр, их слово было весомо.
Поэтому их имена оказались в Черном списке — не потому что они были виновны, а потому что они были сильны.
Сегодня мы не можем точно подсчитать, скольких ведуний постигла казнь.
Но их дар, как и дар последней моравской bohyně, не умер вместе с ними: он трансформировался в народную медицину,
в предания, в тихие деревенские заговоры — и ждёт своего очередного воплощения.