Мордовские женщины столетиями окружены ореолом тайны. Среди соседей ходили легенды, что они умеют «заводить» болезни, приворожить мужа, отвести град от полей и даже превращаться в злых птиц ночью. Почему именно мордовки заполучили репутацию колдуний? Ответ скрыт в переплетении языческих представлений, христианских стереотипов и бытовых особенностей жизни мордовского народа.
Женщина-«хранительница очага» и её магическая ответственность
В традиционном укладе мокши и эрзи женщина была не просто домохозяйкой: она отвечала за плодородие, здоровье скота и детей. Помимо обычных обязанностей ей приписывались ритуальные функции.
- Сев и сбор: именно женщины произносили заклинания при первом посеве ячменя или проса, чтобы «не ушёл урожай в лес к Вирьям».
- Родильные обряды: после родов первые 40 дней мать должна была соблюдать строгие запреты; нарушение грозило «открыть дверь» духу Мастор-Анжи, который крадёт детские души.
- Травница и знахарка: знание лекарственных растений (чабрец, душица, мокрица) закреплялось за старшими женщинами. Извне это воспринималось как способность «говорить с травами».
Таким образом, женщина-практикующий «специалист» по общению с миром духов уже в глазах деревенского сообщества выглядела «человеком двух миров».
Мордовская мифология: женские духи и их двойственная природа
Фольклор эрзи и мокши изобилует женскими персонажами, которые могут быть и покровительницами, и карательницами.
| Имя духа | Функция | Опасность |
|---|---|---|
| Чеченавка | Помогает в рыбной ловле, дарит удачу на воде | Если не «покормить» её подорожником, утащит сеть вместе с рыбаком |
| Вирь-ава | «Лесная мать»: охраняет зверей и грибы | Может превратить человека в пень, если тот громко кричит в тайге |
| Паза-Толка | Дух печки; греет дом | Заклинается стуком по заслонке; ошибка чревата пожаром |
Коллективное сознание «переносило» свойства этих духов на реальных женщин: если хозяйка умела «договариваться» с печкой или лесом, то, значит, она «состоит в сговоре» с ними;
«Шайтан-Нырка» и образ колдуньи-ныряльщицы
В мифе о сотворении мира Шайтан (злой дух) вызывается богом Нижке-Шкай нырнуть за куском земли на дно океана. Он не справляеться, и тогда бог заставляет утку достать Мастор (землю). Утка – персонаж женского рода в мордовском фольклоре. Со временем легенда трансформировалась: в поверьях стали говорить, что «всякая баба, умеющая нырять, училась у самой Шайтан-Нырка». Поэтому умение женщины плавать или нырять в проруби на Крещение вызывало подозрения.
Христианизация и инквизиция на местном уровне
После принятия христианства в XVII веке крестьяне-эря и мокша сталкивались с двойственным давлением:
- Священники объявляли языческих духов «бесами». Женщины, продолжавшие призывать Вирь-аву, автоматически становились «ведьмами».
- Соседи-славяне принесли свои стереотипы о «чёрных костях» и «ведьминых метлах». Поскольку мордовские женщины носили длинные рубахи-понёвы и платки с алым узором, внешний вид воспринимался как «чужой» и потому подозрительный.
- Обвинение по принципу «пользы»: если в семье неожиданно «выбило скотину» или засуха разразилась, причину искали в лице старухи, которая «знала травы» и «вела бесов».
Реальные «профессиональные» колдуньи: где правда?
Исследователи (М. Е. Евсевьев, Н. Ф. Мокшин) фиксировали факты тайного обучения:
- Книга «Сорок сороков» – самиздатовский сборник заговоров на эрзянском языке – передавался из рук в руки от бабки к внучке.
- Обряд «Кармакса» – колдовское «переселение» болезни в куклу-пугало, которое затем сжигают у лесного перекрёстка.
- Семейные «хранители»: в некоторых родах женскую линию считали «белой» (лечебной), а мужскую – «чёрной» (порча).
Таким образом, часть репутации основана на фактах: действительно были женщины, зарабатывавшие «помощью» и «отводом сглаза», но их число было невелико.
Современные остатки стереотипа
Даже сегодня, в XXI веке, в деревнях Зубовой Поляны или Ковылкино можно услышать:
«Не купайся после захода солнца, это место принадлежит мордовке-бабке, она за сорок лет никого не подпустила, всю рыбу себе забирает!»
Туристы фотографируют «колдунийские валенки» в музее Темниковского края, а местные бабушки продают «траву от 77 болезней» – и тот факт, что продавец говорит на эрзянском, усиливает мистический эффект.
«Колдовство» мордовок – это синтез языческой функции женщины как связующего звена между людьми и духами, христианской демонизации этой функции и внешнего «чужого» облика. Стереотип жив до сих пор, но он всё больше превращается в туристический бренд, чем в реальную угрозу. Настоящая же магия этих женщин – в сохранении языка, обрядов и уникального знания о природе, которое невозможно «снять с порчи», потому что оно не проклятие, а культурное наследие Мордовии.
05 марта 2026 г. 22:49