Строка «Колесо бежало, вертелось, убежать хотело» звучит как заклинание или строка из старинной народной сказки, но в ней кроется глубокий смысл, пронизывающий всю мировую и, в частности, русскую литературу. Образ колеса — один из самых древних и многогранных архетипов. Это и символ солнца, и знак бесконечного цикла жизни, и метафора неумолимого хода времени, и отражение человеческой судьбы, которая порой кажется неуправляемой.
Метафора бегства: почему колесо «хочет убежать»?
В заданной теме удивительно точно подмечена психологическая сторона механического процесса. Колесо крутится — это его природное свойство. Но когда оно «бежало» и «убежать хотело», перед нами возникает образ одушевленный, тревожный, полный стремления вырваться из-под контроля. В поэзии желание убежать часто передается через образ дороги и движения. Так, у Дмитрия Мережковского мы находим схожий эмоциональный накал: герой готов «бежать» к желанной цели, несмотря на то, что мрачные сосны насмешливо кивают ему в ответ. Колесо, которое хочет убежать — это метафора человека, стремящегося вырваться из тягот обыденности, покатиться по рельсам судьбы навстречу неизвестному.
Тележная песня и тоска равнин: Колесо как голос дороги
В классической русской поэзии колесо чаще всего ассоциируется с грохотом и скрипом телеги, несущейся по бесконечным просторам. Сергей Есенин, мастер деревенской лирики, гениально описал это звучание:
Неуютная жидкая лунность
И тоска бесконечных равнин,
Вот что видел я в резвую юность,
Что, любя, проклинал не один.
По дорогам усохшие вербы
И тележная песня колес…
Ни за что не хотел я теперь бы,
Чтоб мне слушать ее привелось.
Здесь колесо не просто вертится — оно поет. Его песня — это песня самой русской дороги, тоскливая и вечная. И в этом гуле лирическому герою слышится нечто пугающее, от чего хочется отвернуться, убежать, не слушать.
Диалог Колеса и Коня: кто кем управляет?
Прекрасную иллюстрацию темы «колеса, желающего убежать» или хотя бы изменить свою участь, находим в басне Демьяна Бедного «Колесо и конь». В телеге колесо прежалобно скрипело, жалуясь на свою тяжелую долю, на что уставший конь с удивлением ответил ему. В этом произведении колесо предстает как страдающий субъект, который устал от вечного вращения по кругу, от подчиненности чужой воле (оси и коню). Оно бы с радостью свернуло с накатанной колеи, «убежало», если бы могло.
Послушный народ и игрушечная тачка: от философии к детству
Совершенно иной, более легкий и даже игривый аспект вращения раскрывает детская поэзия. В стихотворениях из сборников «Поэтическая комната» колесо предстает как послушный и дружный народ:
Колеса, Колеса,
Послушный народ,
Берете вы дружно
Любой поворот
Направо, Налево,
И прямо, И вкось,
Куда повернется
Колесная ось.
В игрушечной Тачке
С одним Колесом…
Здесь нет тоски и желания убежать от судьбы. Здесь колесо — это символ слаженности, дружного движения. Однако даже в детской игрушечной тачке скрыта мысль о том, что направление задает ось — некий высший принцип или воля, а колесо лишь покорно следует за ним.
Чёртово колесо: когда бегство становится бесконечным
Отдельного внимания заслуживает образ Чёртова колеса. Этот мотив часто встречается в литературе (например, в произведениях Михаила Гиголашвили или в детских стихах Владислава Шаповалова). Чёртово колесо — это вершина идеи «убегающего колеса». Оно крутится ради самого крутящегося, увлекая человека в бесконечный, замкнутый цикл. Влезая на аттракцион, человек добровольно отдается во власть вращения, которое несет его по кругу, даря иллюзию полета и движения вперед, хотя на самом деле он всегда возвращается в ту же точку, с которой начал.
Железная дорога: поэзия пара и стальных осей
С развитием прогресса образ колеса обрел новые, стальные черты. У Бориса Пастернака в стихотворении «Вокзал» и «Поездка» колесо предстает в союзе с паровозом:
На всех парах несется поезд,
Колеса вертит паровоз.
И лес кругом смолист и хвоист,
И склон березами порос.
И путь бежит, столбы простерши…
Обратите внимание: у Пастернака не только колеса вертятся, но и сам путь бежит. Здесь колесо — это уже не тоскливая телега, а мощная, неумолимая сила, разрезающая пространство. В таких стихах желание колеса «убежать» реализуется в максимальной скорости, это бегство от пространства и времени, попытка сжать мир до размеров одного вагонного окна.
Фраза «Колесо бежало, вертелось, убежать хотело» — это не просто забавная рифма, это квинтэссенция отношения человека к движению жизни. Колесо может скрипеть от усталости, как у Демьяна Бедного; петь тоскливую песню, как у Есенина; послушно вращаться в игрушечной тачке или бешено крутиться в чертовом колесе аттракциона. Но в каждом из этих случаев оно отражает нас самих: наше стремление вперед, наша усталость от бесконечного круговорота и наша тайная, часто безотчетная надежда однажды сорваться с оси и убежать туда, где кончается любая дорога.