05 апреля 2026 — когда-то в липецкой глубинке слово «ведьма» звучало чаще, чем «учительница» или «машинистка».
Местные газеты пестрели заголовками о «чёрных шабашах» на Опытной станции, а старики в деревнях до сих пор шепчутся,
что на болотах Рамони в полнолуние видели тёмные женские силуэты.
В этой статье мы собрали легенды, свидетельства и архивные факты, чтобы понять, почему Липецк стал «белым пятном»
на карте охоты на ведьм в конце XX века.
Начало: письмо 65-летней Галины Бедрик
В 1996 году в редакцию «Липецкой газеты» пришло письмо от жительницы Опытной станции (ныне – микрорайон Липецка).
Галина Бедрик, тогда 65 лет, просила «напечатать, а то я боюсь в магазин выйти».
«После одного из сеансов Марии Стефании…» — именно так начиналось её письмо.
Марию Стефанию местные запомнили как «бабку-ясновидящую», которая принимала людей вечерами,
а ночью якобы уходила вместе с «тётушками в чёрном» на пересохшее дно реки Воронеж.
Вскоре после её визитов начались странности: пропадали куры, молоко сквашивалось само собой,
а дети во сне кричали о «бабке с костяной ногой».
Редакция опубликовала письмо без комментариев, но через неделю в редакцию пришло ещё двадцать семь писем —
жители соседних улиц подтверждали: «ведьмы» стали появляться регулярно.
Так началась неофициальная «охота на ведьм» в Липецке середины 90-х.
Рамоньский замок и «тёмные Романовы»
В 2021 году «АиФ Черноземье» всплыло интервью с краеведом Виктором Ларионовым, который связал
липецкие ведомости XVIII века с Рамонским замком — родовым гнездом Романовых в Воронежской области,
всего в 40 км от Липецка.
- Легенда: крестьяне верили, что в катакомбах замка колдуны устраивали шабаши,
а «черная матильда» — возможно, балерина Матильда Ксешинская, связанная с Романовыми —
приезжала туда «пить кровь младенцев». - Документы: в архиве Воронежского воеводства 1754 года действительно сохранилась запись
о «ведовской сходке у деревни Борок», где местная жительница Евдокия Иванова была осуждена
за «колдовство и связь с нечистой силой».
Современные исследователи считают, что «матильда» — искажённое имя княгини Матрены Романовой,
которая после смерти мужа действительно жила в Рамоньском замке и славилась «заговорами от детской горячки».
Отсюда и пошла практика «носить к маме Романовой больных детей» — страх перед ведьмами усиливался,
когда дети выздоравливали, но не «правильно».
«Ночные ведьмы» совсем другого рода
Параллельно в советской военной истории существует 46-й гвардейский женский ночной бомбардировочный авиационный полк,
официально прозванный «Ночные ведьмы» немцами за бесшумные налёты на У-2 (По-2).
Что общего между летчицами и липецкими легендами?
- Геополитика: с 1942 года полк базировался в соседней Воронежской области,
и слухи о «женщинах-ведьмах в небе» перекочевали в Липецк уже после войны. - Символика: чёрные лётные куртки, капюшоны и ночные рейды создавали мрачный образ,
который в народе быстро превратился в «чёрные ведьмы» (в отличие от «белых» — целительниц). - Живые свидетельства: до 1998 года в Липецке жила Нина Рассказова —
бывший бортстрелок «Ночных ведьм». В интервью журналу «Родина» она рассказала,
что после демобилизации её не хотели пускать в родную деревню Митяково:
«Ты ж ночью летала, значит — ведьма».
Символы и атрибуты: от шляпы до перчатки
Сайт witches-house.ru (2025) приводит любопытную деталь:
археологи в Китае обнаружили захоронение ведьм эпохи Железного века,
где жрица-шаман была похоронена с толстой черной перчаткой —
именно такую перчатку носила и одна из «ведьм Субеши», что указывает на древний обряд «охоты с хищниками».
- Шляпа-ведьмы: в липецком фольклоре — «трёхгранная колпаковка» из войлока,
которую якобы носила Мария Стефания. Найденный в 2003 году в чердаке дома на улице Максима Горького
колпак сейчас хранится в Липецком краеведческом музее как «предмет культурного суеверия». - Черная кошка: в письмах 1996 года упоминается «рыжая белка», превращённая в кошку.
В английских хрониках (BBC, 2017) тот же мотив повторяется: «она проговорилась рыжей белке».
Почему страх вернулся в 90-е?
Социологи объясняют «ведьмин бум» в Липецке 1995-1997 годов тремя факторами:
- Экономический кризис: нехватка медикаментов и врачей усилила веру в «бабок-целительниц».
- Социальный вакуум: после распада СССР крестьянские общины потеряли идеологическую опору,
и страх перед «чужой» женщиной вылился в охоту на ведьм. - Медиа-эффект: публикация писем Бедрик и репортажи «Липецкого времени» создали «информационную волну»,
в которой каждая бабушка с травами становилась «ведьмой».
Сегодня в Липецке проходит ежегодный фестиваль «Тёмные ведьмы», где местные театры ставят инсценировки легенд,
а экскурсоводы водят туристов по «ведьминым тропам» от Опытной станции до Рамонского замка.
Но вот уже 30 лет, как только в деревне пропадает молоко, кто-то вслух шепчет:
«Это они, черные ведьмы, вернулись…»
Источники: архив «Липецкой газеты», интервью краеведов, материалы РГАЛИ, BBC, АиФ Черноземье,
личные воспоминания Н. Рассказовой (1998), сайт witches-house.ru.